Наиболее представительной моделью изучения влияния космических условий на организм человека могут быть сердечнососудистые заболевания, которые на сегодняшний день являются ведущей причиной смертности взрослого населения на земном шаре. В первооснове их лежат многие факторы, начиная от режима питания и кончая гипокинезией — ограничением подвижности — бичом цивилизации.
Болезнь подготавливается исподволь всем характером жизни человека, изменениями его нейрогуморальной системы и обменных процессов, за которыми следуют гипертония и склеротическое перерождение сосудов. Поэтому сердечнососудистая патология, прежде всего социальная проблема.
Но при всех этих условиях оказывается, что в отдельные периоды смертность среди данной категории больных резко увеличивается. Скоропостижная смерть нередко наступает в состоянии полнейшего покоя, казалось бы, без всяких видимых причин и воспринимается окружающими как совершенно неожиданное событие, хотя при вскрытии умерших обнаруживаются глубокие анатомические нарушения в мышце сердца и сосудах, свидетельствующие о подготовленности организма к катастрофе. Однако окончательный «толчок» к катастрофе зачастую оказывается неизвестным, как неясны и причины сравнительной непредсказуемости сердечнососудистых осложнений, создающей впечатление вспышки или даже эпидемии инфарктов или инсультов мозга.
Например, в 1968 г. в бывшем городе Ленинграде, по данным Л. А. Вительса и Б. А. Рывкина, только за одну пятидневку конца января — начала февраля произошло столько инфарктов, сколько обычно бывает за месяц. Более того, основная масса осложнений развилась в один день — 28 января. Чем отличались эти дни от остальных? Было проверено все: погода, настроение и семейные неурядицы больных. Искали разгадку всюду, и в этих поисках исследователи натолкнулись на интересный факт.
Оказалось, что именно 28 января к центру Солнца передвинулась мощная группа солнечных пятен, зарегистрированная у астрономов под № 31. Стало очевидным, что такое совпадение заслуживает пристального внимания, хотя природа солнечного агента, провоцировавшего эпидемию инфарктов, оставалась неясной.




















